Месяц: Сентябрь 2021

Содержание

• Введение
• Текущее состояние ESG -банкинга в России
• Перспективы и вызовы рынка

Рейтинговое агентство «Эксперт РА» провело масштабное анкетирование более 100 банков с целью определить, на каком этапе находится внедрение принципов устойчивого развития в российский финансовый сектор. В рамках исследования агентство оценило, какое количество банков уже внедрило стратегию устойчивого развития и KPI на инвестиции в устойчивые инструменты и кредиты, а также выяснило, какие меры, по мнению банков, необходимы со стороны органов государственной власти для стимулирования внедрения принципов ESG в банковский сектор.

Введение

Соблюдение эмитентом ESG-принципов перестает быть только условием для привлечения ответственных инвесторов и становится необходимым требованием, от выполнения которого зависит долгосрочное развитие компаний, а в отдельных случаях и существование их бизнеса. После вступления в силу зеленого пакта (Green Deal) и публично озвученных планов крупнейших экономик мира по достижению уровня нейтрализации по выбросу углекислого газа к 2050–2060 годам проблема влияния зеленой повестки на экономику России стала еще актуальней.

Теперь крупные российские игроки, занимающие лидирующие позиции в ЕС по поставкам цемента, продукции черной металлургии, алюминия, удобрений и электроэнергии, с 2026 года будут вынуждены покупать квоты на выбросы углекислого газа, стоимость которых будет зависеть от цен в рамках европейской системы торговли квотами на выбросы парниковых газов. Подобные расходы могут негативно сказаться на себестоимости продукции и, как следствие, на рентабельности и конкурентных позициях таких компаний, что окажет давление на объем налоговых поступлений в бюджет страны. Влияние зеленого пакта также приведет к потерям компаний из нефтегазового сектора, но больше всего ударит по долгосрочным перспективам существования данной отрасли по мере перехода крупнейших экономик мира на нулевой баланс выброса парниковых газов на горизонте 30–40 лет. Вместе с этим введение трансграничных сборов за выбросы СО2 также активно обсуждается в США, Китае и других странах – импортерах российской продукции.

По этой причине если предприятия, связанные с добычей и продажей ископаемого топлива, не смогут приспособиться к новым зеленым правилам, то будут в дальнейшем терять свою стоимость вследствие снижения перспектив своего развития. Подобная ситуация в свою очередь несет риски для кредиторов и инвесторов таких компаний, что приведет к появлению системных рисков для всей экономики. С учетом сильной концентрации кредитного портфеля российских банков на секторах экономики с высоким карбоновым следом системные риски для наших банков и финансового рынка в целом могут быть еще чувствительнее, чем в развитых странах.

В ответ на эти вызовы банки должны комплексно подходить к управлению ESG-рисками, корректируя стратегию бизнеса и аппетит к подобному риску, грамотно распределяя ответственность во всех своих подразделениях. Вместе с этим именно банки смогут сыграть важную роль в ESG-трансформации всей экономики ввиду того, что они являются главными центрами компетенции во взвешивании рисков и сейчас именно на их основе формируются требования по оценке ESG-рисков. Кроме того, кредитные организации подотчетны центральным банкам своих стран в отличие от разрозненных по отраслям корпоративных компаний. Поэтому в развитых странах инициативы внедрения ESG-принципов часто проходят через банки, которым проще поставить подобную задачу и через которые транслировать на всю глубину финансовой цепочки вплоть до конечного потребителя.

Проведенный агентством «Эксперт РА» анализ ESG-практик в реальном и финансовом секторах среди рейтингуемых компаний показал, что определять ESG-повестку в России в ближайшее время будут именно банки. Так, 80 % компаний из реального сектора не воспринимают всерьез ESG-практики, в то время как почти треть банков из топ-20 уже ввели KPI на ESG-метрики в своих кредитных и инвестиционных процессах. К концу 2021 года доля таких кредитных учреждений достигнет 50 %, что значительно ускорит процесс ESG-трансформации. За счет внедрения бизнес-целей, связанных с ESG-метриками, банки будут стимулировать заемщиков внедрять практики устойчивого развития, а также финансировать такие проекты.

В то же время опережающая ESG-трансформация в банковской системе, по нашему мнению, не приведет к немедленному закрытию доступа к ликвидности компаниям, не уделяющим достаточного внимания принципам устойчивого развития. Внедрение ESG-оценки заемщика крупнейшими банками, обладающими значительными финансовыми ресурсами, постепенно будет способствовать формированию и введению принципов устойчивого развития в компаниях из реального сектора. В краткосрочной перспективе каждый заемщик будет тестироваться на приверженность ESG-принципам и наличие соответствующих внутренних процедур. Доля крупнейших банков, у которых будут утверждены KPI на инвестиции в устойчивые инструменты, к концу текущего года достигнет 40 %, что также создаст дополнительный спрос на зеленые и социальные облигации на финансовом рынке. Стоит также отметить, что первый выпуск социальных еврооблигаций в 2021 году разместила именно кредитная организация (ПАО «Совкомбанк»). Вместе с этим ситуация с внедрением ESG-практик в банках за пределами топ-20 оставляет желать лучшего и, как следствие, требует введения стимулирующих мер со стороны государства и просвещения банкиров в необходимости формирования рынка устойчивого финансирования.

Текущее состояние ESG -банкинга в России

Агентство «Эксперт РА» провело анкетирование более 100 рейтингуемых банков, на долю которых приходится 60 % банковского сектора. В рамках опроса мы выяснили у респондентов, внедрили ли они стратегию устойчивого развития и KPI на инвестиции в устойчивые инструменты или кредиты, а также узнали, какие меры, по мнению банков, необходимы со стороны органов государственной власти для стимулирования внедрения принципов ESG в банковский сектор. Кроме того, банки поделились информацией об объеме и отраслевой структуре портфеля зеленых и социальных кредитов, о текущей ситуации с внедрением ESG-оценки заемщиков, а также о перспективных и уже предоставляемых банками услугах и продуктах в области ESG.

Результаты анкетирования показали, что активно ESG-трансформацией занимаются во многом крупные игроки, а банки за пределами топ-20 собираются включиться в данный процесс со следующего года. Так, утвержденные стратегии устойчивого развития либо экологические политики по итогам текущего года будут у 15 % банков-респондентов, а 62 % опрошенных планируют внедрить данные документы в 2022-м и позднее. Хуже обстоят дела в банках с KPI на устойчивые инвестиции, которые будут внедрены только у 4 % респондентов по итогам 2021-го, при этом 46 % банков видят введение подобных практик целью на последующие годы, а оставшаяся половина опрошенных на данный момент вообще не рассматривает включение таких KPI в свои политики. В то же время доля среди топ-20 банков, у которых будут утверждены KPI на инвестиции в устойчивые инструменты, к концу 2021 года достигнет 40 %, что с учетом объема их торговых книг создаст дополнительный спрос на зеленые и социальные облигации на финансовом рынке.

Столь слабая заинтересованность средних и небольших банков в ESG-трансформации объясняется тем, что к таким кредитным организациям не предъявляются иностранные требования в отличие от крупных игроков, привлекающих фондирование на международных рынках и работающих с западными контрагентами. Кроме того, банки вне топ-20 во многом находятся в ожидании появления более четких правил и требований в области ESG-финансирования со стороны регулятора.

График 1. По итогам 2021 года только около 15 % банков будут иметь стратегию устойчивого развития и порядка 4 % KPI на устойчивые инвестиции

Источник: «Эксперт РА» по данным опроса банков

Вместе с тем 10 % банков по итогам года внедрят в кредитный процесс ESG-оценку заемщиков, в то время как треть крупнейших игроков ее уже внедрили и еще 20 % планируют. Перенос планов по внедрению ESG-оценки на последующие годы (51 % опрошенных) и значительная доля банков, не видящих в этом необходимости (31 %), свидетельствуют о том, что достаточно большое количество игроков еще не считают учет ESG-рисков обязательным условием для дальнейшего развития бизнеса. Подобный скептицизм, пожалуй, можно сравнить с позицией ряда банков, которые ранее игнорировали необходимость диджитализации банковских услуг и затем были вынуждены с еще большими затратами догонять игроков, преуспевших в этой области.

Наибольшим спросом со стороны клиентов, по данным банков, сегодня пользуются консультации по интеграции ESG в бизнес-процессы (24 % опрошенных), на втором месте по востребованности оказались кредиты, привязанные к KPI устойчивого развития (21 %). Например, подобные кредиты банками уже были выданы компаниям «Русал», «Металлоинвест», «Совкомфлот», «Уралкалий» и «Полиметалл». При этом банки ожидают, что в 2022 году кредиты, привязанные к показателям устойчивого развития, и ESG-консультации будут покрывать половину запросов клиентов. Это свидетельствует о том, что в ближайшее время крупные заемщики будут все чаще тестироваться на приверженность ESG-принципам и наличие соответствующих внутренних процедур. Со стороны физических лиц кредитные организации ожидают в следующем году спрос прежде всего на банковские карты из экоплаcтика и с reward-программами (например, с возможностью перечислять суммы пожертвований). В топе банковских услуг также будет организация выпусков ESG-облигаций, в т. ч. вследствие успешного размещения в 1-м полугодии 2021 года зеленых бондов компаний «Атомэнергопром», «РЖД» и правительства Москвы, верификатором по которым являлось рейтинговое агентство «Эксперт РА». Стоит отметить, что 21 % опрошенных банков отмечают, что ESG-продукты на текущий момент не востребованы, однако на 2022 год банки сморят более оптимистично (всего 9 % не верят в подобные продукты).

График 3. Наиболее востребованными со стороны клиентов сегодня являются ESG-консультации, а в следующем году будут кредиты с привязкой к KPI устойчивого развития

Источник: «Эксперт РА» по данным опроса банков

В рамках опроса мы собрали информацию у банков об объеме и отраслевой структуре портфеля зеленых и социальных кредитов, выданных юридическим лицам. Размер кредитного портфеля был также скорректирован на объем ESG-кредитов банков, не участвовавших в опросе, на основе размещенной такими игроками информации в СМИ. На 1 июля объем портфеля ESG-кредитов корпоративным заемщикам составил порядка 400 млрд рублей, не менее 96 % которого было сформировано системно значимыми кредитными организациями (СЗКО). Порядка 70 % данных кредитов пришлись на энергетику (в т. ч. атомную), 14 % на так называемую зеленую металлургию и 7 % на добычу полезных ископаемых. Из-за недавнего старта ESG-финансирования в России отраслевая концентрация в ESG-портфелях банков является высокой: в среднем на две крупнейшие отрасли приходится 89 % портфеля.

График 4. Для ESG-кредитов российских банков характерна высокая концентрация на одной отрасли

Источник: «Эксперт РА» по данным опроса и публикаций банков

Стоит отметить, что сегодня отсутствие прозрачных практик отнесения кредитов к зеленым приводит к частому использованию аббревиатуры ESG для пиара без реального финансирования снижения уровня карбонизации. В отдельных кейсах российских банков также прослеживаются признаки подгонки совершенно обычных кредитов, которые не преследуют целей защиты окружающей среды и общества, под критерии ESG. Одним из факторов, способствующих подобной практике в России, является небольшое число зеленых проектов, направленных на снижение выбросов парниковых газов. В то же время по этой причине развитие могут получить социальные кредиты на финансирование определенных групп населения, как, например, лиц пенсионного и предпенсионного возраста, с ограниченными физическими возможностями, с низкой обеспеченностью жильем, воспитывающих несовершеннолетних детей в одиночку. В этой связи розничным банкам гораздо легче сформировать портфель из кредитов, соответствующих принципам ESG, в отличие от банков, работающих только с корпоративными заемщиками. Однако на текущий момент довольно большая часть российских банков с розничным бизнесом этого не понимает и считает, что со стороны клиентов нет спроса на ESG-продукты.

При этом самыми необходимыми мерами со стороны органов государственной власти для стимулирования внедрения принципов ESG в банковский сектор, по мнению самих банков, должны стать льготы при резервировании и снижение риск-весов по ESG-кредитам (57 % опрошенных), а также налоговые льготы для проектов, отвечающих критериям ESG (30 %). В то время как за введение единой таксономии проголосовали менее 10 % респондентов, что может свидетельствовать о наличии опасений, что строгие критерии отбора ESG-проектов только снизят мотивацию банков.

Перспективы и вызовы рынка

Сырьевая модель российской экономики, около 40 % которой приходится на углеродоемкие и смешанные отрасли, при недостаточном уровне корпоративного управления не позволяет многим отраслевым лидерам соответствовать строгому стандарту зелености. При этом для трансформации экономики понадобится финансирование емких и долгосрочных с точки зрения окупаемости проектов, которые потребуют в период их реализации снижения маржи как кредитора, так и заемщика, к чему не готовы обе стороны. Поэтому для запуска таких проектов необходим пересмотр стратегий развития крупнейших банков и компаний, который возможен только при соответствующей государственной инициативе. Помочь в соблюдении ESG-принципов для дальнейшего развития экономики в ближайшие десятилетия призваны регулятивные стимулы со стороны ВЭБ.РФ и Банка России.

Одной из ключевых проблем, которую предстоит решить, является отсутствие единых подходов к раскрытию ESG-информации. Комитет по стандартам МСФО уже рассматривает различные варианты для включения обязательных требований по ESG-метрикам в новую версию стандарта. В отсутствие такого стандарта банки и их корпоративные клиенты придерживаются различных форматов добровольного раскрытия информации, и не все корпорации готовы предоставить данные для удовлетворения потребностей банков. При этом банки были бы более продвинутыми в своих процессах сбора ESG-данных, если бы существовал общий стандарт устойчивости, в идеале рекомендованный единым органом власти или отраслевым органом. Получив доступ к систематизированной и высококачественной информации, банки смогли бы проводить корректные стресс-тесты и рассчитывать реальный эффект влияния климатических рисков на свой капитал. По этой причине Банк России разместил рекомендации по раскрытию публичными акционерными обществами информации о ESG-факторах, а ВЭБ.РФ совместно с МЭР определил таксономию зеленого финансирования. Однако данных мер еще недостаточно для решения задачи по стандартизации ESG-отчетности и, как следствие, более точного взвешивания ESG-рисков банками и независимыми верификаторами.

В то же время для выпуска и обращения зеленых и социальных облигаций уже утверждены новые стандарты эмиссии ценных бумаг, а в октябре вступит в силу положение Банка России о раскрытии эмитентами подобных сведений об облигациях по каждому проекту. В перспективе по мере увеличения количества выпусков зеленых и социальных облигаций будет стоять вопрос об их ликвидности. В первое время подобные облигации во многом будут удерживаться инвесторами до погашения, но по мере роста объема таких облигаций потребуется активный вторичный рынок, в т. ч. рынок зеленых РЕПО. Продвижение ликвидного рынка зеленых РЕПО дает возможность временно конвертировать эти активы в денежные средства, что может быть менее разрушительным для долгосрочных целей инвесторов в области устойчивого развития, чем продажа зеленых облигаций. Без такого инструментария зеленые и социальные выпуски будут терять привлекательность для инвесторов, поэтому необходимо предусмотреть решение данной проблемы еще до ее появления.

При этом, учитывая отраслевую специфику экономики РФ, наиболее востребованными со стороны реального сектора и эффективными для ESG-трансформации секторов российской экономики могут стать инструменты с привязкой к КПЭ устойчивого развития. Данная категория включает в себя облигации и кредиты (Sustainability Linked Bonds и Sustainability Linked Loans соответственно), привязанные к общекорпоративным целям с механизмом изменения финансово структурных характеристик инструмента в случае наступления триггерного события, вызванного невыполнением КПЭ в сфере устойчивого развития. В целях привлечения подобного финансирования для заемщика необходимо установить ключевые показатели эффективности в рамках общей стратегии углеродной трансформации, обозначив конкретные параметры по сокращению выбросов парниковых газов, а также прописать в документации механизм по повышению платежей в случае невыполнения их заемщиком. Кроме того, подготовленная документация должна пройти верификацию концепции (sustainability linked bond framework и sustainability linked loans framework) согласно требованиям ICMA¹. Данный процесс требует наличия необходимых компетенций в сфере защиты окружающей среды, что неминуемо приведет к появлению или расширению штата подобных сотрудников в компаниях-заемщиках. В свою очередь банки для оказания консультационных услуг по внедрению ESG-принципов и контролю их выполнения также будут активно привлекать специалистов в области устойчивого развития, что может усилить нехватку квалифицированных кадров по управлению ESG-практиками.

По мере появления на рынке ESG-рейтингов необходимо понимать, что зеленый цвет необязательно означает лучшую кредитоспособность, поскольку именно кредитный профиль заемщика или эмитента определяет его надежность. Поэтому важно донести до потенциальных инвесторов информацию о различии кредитных рейтингов и ESG-рейтингов. Хотя зеленые и социальные бонды из-за их ESG-маркировки могут восприниматься инвесторами как бумаги более высокого качества, оценка кредитного риска по ним не должна отличаться от обычных облигаций, так как устойчивые выпуски обслуживаются за счет денежных потоков всей деятельности эмитента. Таким образом, банкам и инвесторам необходимо будет уравновесить свои предпочтения к устойчивым кредитам и ценным бумагам с присущим им кредитным риском, который они несут. При этом сопоставление рейтинговых шкал по кредитным и ESG-рейтингам невозможно ввиду того, что первый показывает вероятность дефолта компании, а второй – в какой степени процесс принятия ключевых решений в компании ориентирован на устойчивое развитие в экологической, социальной и экономической сферах.

В то же время по мере созревания рынка все придет к тому, что рейтинговые агентства будут учитывать в кредитных рейтингах также ESG-риски, которые могут трансформироваться в финансовые потери или регуляторные претензии. На первом этапе соблюдение данных принципов будет дополнительным параметром для оценки качества управления, но по мере введения обязательных требований со стороны регуляторов и, как следствие, большего давления на деятельность коричневых заемщиков отсутствие ESG-практик в отдельных случаях может начать ограничивать кредитные рейтинги уже в среднесрочной перспективе.